Подзоров Павел

 ВЫБОР КАПИТАНА НЕВЕРОВА

(или испытание на человечность)

 

 

Во всеземном музее космонавтики стоит портрет. С фотографии на посетителей смотрит улыбающийся человек. Несмотря на молодость, его волевое лицо прорезано морщинами, а волосы белы, как снег.  В глазах человека на портрете  притаилась тоска…

 

***

Это был его десятый, «юбилейный» полёт. Капитан звездолёта Алексей Неверов большую часть своей жизни провёл в космосе. Даже родился он на корабле. Его родители тогда возвращались из исследовательской экспедиции со спутников Плутона. Целью экспедиции было исследование самого большого из них - Харона, а также посещение мелких: Гидры, Никты,  Кербера  и Стикса.

Сама судьба определила жизненный путь Неверова. Школа на Луне, космическая академия, практика на Венере и Марсе, стажировка на внутрисистемных рейсах и наконец – дальний космос.

Сейчас их звездолёт находился на орбите  небольшой планеты СХ08-45 в Скоплении Плеяд. Звездолётчики окрестили её – «Геката» – в честь античной богини ночи, властительницы мрака.

Программа исследований состояла из целого комплекса мероприятий, включающих в себя высадку, поиск жизненных форм и наличия ископаемых, взятие образцов и многое другое. В общем, обычный дальний исследовательский рейд.

Атмосфера Гекаты  состояла из двуокиси углерода с небольшими добавлениями азота, а также незначительной доли аргона, кислорода и прочих газов. Мрачному названию планеты способствовал постоянный сумрак, который был вызван наличием в её атмосфере твёрдых пылинок, поднятых  поверхности планеты, жидких и твёрдых частиц, возникших в результате конденсации атмосферных газов и  метеорной пыли.

 Облака Гекаты преимущественно состояли из  кристалликов застывшего аммиака. Экипажу удалось наблюдать бури, даже сильные ураганы, а также  дожди и снегопады из аммиака.

Присутствия органической жизни обнаружить не удалось. Однако планета имела весьма богатые залежи ценных элементов и представляла интерес для землян.

Техника землян XXIII века была надёжна и многократно проверена в самых агрессивных условиях. Однако, несмотря на это и на многократные системы дублирования всего предусмотреть было нельзя.

Именно такой случай и произошёл на теневой стороне Гекаты. После посадки на поверхность планеты и проведения программы исследований, двое членов экипажа –Сергей Пташук и Игорь Лойко – готовились к отбытию на корабль. И надо же было случиться так, что при совершении манёвра разворота выброс из дюз планетохода задел осколок, который оказался не камнем, а куском замёрзшего водорода. Внешняя силовая защита была выключена, т.к. в этот момент брались последние анализы грунта и атмосферы. Вспышка взрыва в тёмной атмосфере Гекаты была видна даже с орбиты.

***

 

Неверов наблюдал за своими спутниками сквозь прозрачную стену реанимационного бокса. Скафандры и внутренний силовой кокон, конечно, частично защитили исследователей, но большой обломок манипулятора прошил оба тела насквозь.

Аппараты искусственного поддержания жизни работали на пределе. Время неумолимо шло…

«Надо принимать решение,  – капитан невидяще смотрел перед собой.  – В жизни каждого наступает момент, когда он должен сделать самый главный выбор. Правда, не такой, как у него… Жестокий выбор, который при любом исходе не сможет быть единственно правильным» …

Он закрыл глаза.  Как всегда, в такие моменты  перед внутренним взором появились лица жены и сына. Оба улыбались…

В тот раз они решили все вместе навестить родителей Алексея на Европе – спутнике Юпитера. На льду была расположена небольшая станция, похожая на полярную, где они  работали и жили. Неверова в последний момент задержали в Управлении Дальразведки. Он должен был прибыть на рейсовой ракете через сутки.

Но нелепый случай в виде незамеченного системами орбитальной защиты метеорита разом отнял у него и семью и родителей…

Неверов очнулся.

«Не время сейчас. Думай, капитан, думай»

В момент аварии пострадали оба члена экипажа. Причём характер повреждений был весьма схож – внутренние органы: сердце у Сергея, лёгкие и правая почка у Игоря.

Современная техника позволяла спасти человека даже на корабле. Но только одного! Пересадив ему непострадавшие органы другого.

Бортовой медкомплекс, изучив состояние обоих пострадавших и проанализировав все возможности, дал заключение о благоприятном исходе  операции и в том и в другом случае с положительной вероятностью 0,8. Операционные роботы в любую минуту готовы были приступить к операции.

Но ВЫБОР должен был сделать он – капитан Неверов.

Неверов думал.

Многократно взвешивал все за и против. Но единственный выбор, означавший спасение одного и смерть другого, он был сделать не готов.

В одном экипаже с Сергеем и Игорем Неверов «бороздил» просторы дальнего космоса не один год. По сути, за это время они стали для него членами семьи – братьями  – за которых он, как старший, нёс ответственность, журил за промахи, но, не задумываясь, отдал бы за них жизнь.

«Как и любой из них», – подумал Алексей.

Как тихо.

Аппаратура работает бесшумно. За иллюминаторами безбрежная чернота космоса. А где-то, в невообразимой дали – Солнце. Неверов, наверное уже в сотый раз, проверил и перепроверил расчёты. Путь в Солнечную систему даже при максимальном ускорении, на пределе возможностей и, невзирая на гигантский расход топлива, займёт более месяца.

А жить им оставались часы.

 

***

 

Перед самым отлётом, после пресс-конференции Неверов видел, как к Сергею подошла мать. Невысокая, пожилая, с застенчивой улыбкой и каким-то особенным светом в глазах. Она обняла Сергея на прощанье и сказала: – Береги себя, сынок. Мы с отцом очень гордимся тобой и очень любим. Хоть он и приболел и не смог тебя проводить – велел передать: мы обязательно дождёмся тебя и наконец-то отпразднуем твой день рождения вместе, на Земле. Мы уже придумали подарок, но пусть это будет сюрпризом… Ты только возвращайся, сынок…

  – Хорошо, мама, – ответил он тогда…

Игоря облепили дети. Старший просто стоял, обняв сидящего отца и прижавшись к его колючей щеке. Младшая дочка забралась к отцу на колени, целовала его, смеялась и щебетала без умолку:

– В этот раз, папочка, ты от нас не отделаешься. Сколько раз мы собирались в космический зоопарк?.. Ты обещал нам много раз и всегда  у тебя что-то не получалось. А сейчас я всё подсчитала. Ты как раз прилетишь к моему переходу в третий класс. И в честь этого наконец-то свозишь нас с Петей в зоопарк… Ну пожалуйста, папочка, – она смешно сморщила носик. – Обещаешь?..

– Обещаю, солнышко. Вы, главное, слушайтесь. И берегите маму.

В глазах стоявшей рядом жены Игоря блеснули слёзы….

 

***

Как выбрать?.. Как?!! Он  ведь не господь бог. Какое право имеет он решать чью-то судьбу?.  Выбирать: кому  Жить, а кому…Умереть!

Но если он не сделает выбор в ближайшие часы – оба они погибнут. Неверов напряжённо вглядывался в спокойные лица товарищей, находящихся в состоянии глубокого сна. Словно пытался что-то прочесть в них, хоть какую-то подсказку.

– До начала операции  осталось три часа, – сообщил равнодушный механический голос бортового медкомплекса. – После истечения указанного времени, с каждой секундой вероятность успешного исхода начнёт уменьшаться в убывающей прогрессии. Через восемь часов наступит летальный исход.

Как просто компьютеру. Для него, страшное –  «летальный исход» –  просто слова.

Что же делать? Бросить монету?. Позволить кружку металла решить человеческую судьбу. Как он посмотрит в глаза детям Игоря? Его жене… Что скажет родителям Сергея – их единственного сына?..

Их обоих ждут на Земле.

Неверов, стоя у иллюминатора, смотрел в звёздную тьму. Где-то, очень далеко затерялась Земля. Земля!

Он вспомнил глаза своей матери, чуть грустную улыбку жены, задорный смех сына…

Что ж, времени на раздумье больше нет.

Неверов ввёл все необходимые данные в медкомплекс и набрал на клавиатуре команду.

 

***

Сергей очнулся. Всё тело болело, словно пропущенное через жернова. Голова слегка кружилась. «Это от анестезии» – решил он.

Рядом на койке лежал Игорь. Он открыл глаза почти одновременно с Сергеем.

Не смотря на протесты медкомплекса в виде мигающих ламп, звуковых сигналов и увещеваний, оба оделись и, пошатываясь от слабости, отправились в рубку.

Капитана на месте не было. Сергей взял вахтенный журнал из которого выпала записка. Последняя запись, сделанная рукой Неверова гласила:

«157 день полёта. Состояние экипажа – критическое. Даю команду на начало операции. Капитан А. Неверов».

А в поднятой записке, написанной красивым размашистым почерком капитана, Игорь прочёл: «С возвращением, ребята! Удачи! И – любите тех, кто вас ждёт… »

 

***

Во всеземном музее космонавтики стоит портрет. С фотографии на посетителей смотрит улыбающийся молодой человек с седыми волосами. Так получилось, что его день рождения совпал со Всемирным днём космонавтики – 12 апреля.

Много лет подряд, в этот день, к портрету приходят двое мужчин с суровыми лицами. Они приносят большой букет цветов, а потом долго молча стоят, глядя на портрет. Портрет, с которого улыбается их капитан – Алексей Неверов…