Каймакан Елена

 

Встреча   в   «Старой   таверне»

 

       То странное ощущение потери во времени, когда кажется, что всё происходящее уже было когда-то, охватило Даниила, когда он окунулся в продымленный полумрак «Старой таверны».  Двадцать лет назад судно, на котором он плавал ещё двадцатилетним парнем, стояло на ремонте в этом порту, где многое с тех пор изменилось, И только здесь, в «Старой таверне» рыбацкого посёлка, всё осталось по–прежнему – та же высокая стойка с кружками пива, круглые, из толстого дерева столики, шум голосов с обрывками непонятных прибалтийских слов. Дан приходил сюда почти каждый вечер, а в углу, у окна, уже обычно сидел Валдис  и неотрывно смотрел на ту дверь, откуда появлялась  Айна. Она откидывала назад светлые, длинные волосы, поправляла белый кружевной передничек тем, только ей присущим жестом, от которого у Дана перехватывало дыхание, и грациозно лавировала между столиками.

Они оба, Дан и Валдис, ждали когда уйдёт последний посетитель, чтобы проводить Айну домой и Дан сам удивился, почему однажды вечером  Айна пошла с ним, а не с Валдисом, который ухаживал за ней задолго до его появления. Может, потому, что он был весёлым парнем и возле него всегда собиралась толпа любителей послушать анекдоты, не в пример молчаливому Валдису, который мог за весь вечер не произнести ни слова и только преданно смотрел на Айну, не зная куда деть свои большущие руки.

«Какая она теперь», – думал Дан, с трудом представляя себе красавицу Айну располневшей хозяйкой  семейства. Он посмотрел на то место, где когда-то обычно сидел Валдис и… так и застыл над кружкой, едва обмочив губы в пене – там сидел Валдис, устремив взгляд на заветную дверь. «Мерещится, наверное», – подумал Дан, перехватив взгляд Валдиса – у двери стояла Айна, такая же ослепительно юная, с теми же светлыми, длинными до пояса волосами и в том же белом кружевном фартучке. «Этого не может быть», – Дан даже потёр себе лоб, чтобы убедиться в реальности происходящего. Айна подошла к стойке, ловко подхватила поднос, разнесла кружки  и села за столик Валдиса. Дан некоторое время наблюдал как они, взявшись за руки, не сводили друг с друга взгляда, а затем решительно направился к их столику.

Голубизна нежности во взгляде Валдиса мгновенно сменилась свинцом ненависти при виде Дана. «Узнал», – пронеслось в сознании Дана. Вблизи он отчётливо увидел следы, нанесённые временем на лице Валдиса, да и волосы оказались не светлыми, а седыми. Девушка же бросила на Дана безразличный взгляд и что–то сказала  на литовском. «Нет, это не Айна», – подумал Дан, пристально вглядываясь в её черты. Девушка улыбнулась, показав ямочки на щеках, и Дану опять показалось, что это Айна. «Мистика какая-то», – думал Дан, присаживаясь за столик. «Айна!» – крикнул кто–то из посетителей и девушка, подхватив пустые кружки, ушла, оставив мужчин одних. Некоторое время они сидели молча, глядя друг на друга исподлобья.

– Это Айна? – первым нарушил молчание Дан.

– Айна, – ответил Валдис, – но не та. Та Айна, которую ты бросил, умерла. При родах. А это её дочь. Твоя дочь. Зачем ты приехал? Эту Айну я тебе не отдам.

Валдис говорил глухо, со сдержанным гневом, бросая каждую фразу как пощёчину. На столе тяжело лежали его увесистые кулаки с побелевшими костяшками пальцев.

– Чья дочь? – у Дана голова пошла кругом.

– Твоя дочь. Я люблю её, и она любит меня. У нас скоро свадьба. Ту Айну ты у меня отнял и бросил. Эту я тебе не отдам, – повторил Валдис с сильным от волнения акцентом.

– Послушай, Валдис, …– начал было Дан.

– Уходи! – Валдис угрожающе приподнялся со стула.

– Она не может быть моей дочерью, у нас с Айной ничего не было! – чуть ли не крикнул от отчаяния    Дан. – Не было, понимаешь?! Клянусь тебе, Валдис! – Дан даже постучал себя кулаком в грудь для убедительности, – Вот, смотри, – он суетливо зашарил по карманам, вытащил бумажник, развернув, ткнул под нос Валдису фотографию, – Вот, смотри, – мои дети. Перед ними клянусь тебе – ничего у нас с Айной не было.

Ему почему-то обязательно надо было оправдаться перед этим суровым человеком, который смотрел на него так, как, наверное, смотрит совесть.

– А тогда, на лодке? – спросил Валдис, глядя в сторону.

Дан вспомнил звёздную июньскую ночь, тишину которой нарушал лишь плеск весла. Бережно, как к святыне он прикоснулся к волосам Айны, и она лишь на мгновение закрыла свои колдовские глаза, а потом, вздрогнув, пересела на другой край лодки. Много женщин в своей грешной жизни целовал потом Дан, но ни одну из них он не желал так, как желал тогда Айну. «Колдунья», – думал порой Дан, когда глаза её цвета морской волны вдруг всплывали в его сознании в самые разные моменты жизни.

Когда перед рассветом они причалили к берегу, их уже ждал Эдгар, отчим Айны, крепкий высокий мужчина. Он что-то сказал Айне хрипловатым голосом на литовском и, взяв за руку, увёл домой. После смерти матери Лаймы, когда девочке было всего пять лет, Эдгар так и не женился и воспитывал её так преданно и заботливо, как, поговаривали в посёлке, не воспитывал бы и родной отец.

Вихрь мыслей пронёсся в сознании Дана в одно мгновение. Значит, Валдис следил тогда за ними. И, наверное, следил всегда – и у калитки Айниного дома, когда Дан горячими губами лишь едва прикоснулся к её щеке, вдохнув упоительный аромат её молодого тела, и тут же отпрянул, услышав знакомый хрипловатый голос – на пороге стоял Эдгар. И под вишней, за «Старой таверной», когда он в первый и последний раз, замирая от нежности, пил по глоточку её поцелуй. Только и был у них тот поцелуй – Айна, вздрогнув, как тогда, на лодке, освободилась от его объятий и убежала.

Страшная догадка вдруг пронеслась в сознании Дана.

– Так ведь это значит…Валдис…Так ведь это значит она – твоя дочь. Ведь ты ж  до меня с ней встречался, – прошептал он, приблизившись к самому уху Валдиса, сам испугавшись своей догадки.

Тот сидел, ссутулив широкие плечи, обхватив голову большими натруженными руками. Помолчал, отнял руки, отрицательно покачал головой.

– Нет. Она не моя дочь. У нас с Айной ничего не было.

Запоздалая обида вскипела в душе Дана

– Тогда кто? Значит, пока мы с тобой в провожалки играли, она…

– Молчи! – Валдис сверкнул глазами. И боль, и обила, и растерянность были в тех глазах.

Только теперь Дан осознал всю глубину трагичности жизни этих людей, которую он невольно двадцать лет назад нарушил и теперь не имел права судить их.

– Валдис, ты мне веришь?

Мужчины прямо смотрели друг другу в глаза.

– Верю.

– Но тогда кто? – шёпотом спросил Дан.

– Не знаю, – Валдис совсем поник головой. Жилистые руки безвольно лежали на столе, – Никого у неё не было. Эдгар никого к ней не подпускал.

– Да, не подпускал,– подхватил Дан, вспоминая как отчим вдруг появлялся везде на их пути.

– Очень любил её Эдгар. Когда Айна умерла, поседел совсем, болел. Внучку это он Айной назвал.

– Да, очень любил он Айну, – как–то странно повторил Дан.

Мужчины пристально посмотрели друг на друга и подумали об одном и том же.

– Значит, Эдгар, – первым высказал вслух Дан страшную догадку. – Это он сказал, что ребёнок от меня?

– Да. В посёлке поверили.

– Почему же Айна молчала?

– Не знаю…Теперь никто не узнает. Никогда.

К их столику шаркающей походкой подошёл пожилой мужчина, тяжело опустился на стул. Что-то неуловимо знакомое показалось Дану в его чертах.

– Приехал, значит, – произнёс мужчина. По характерной хрипотце в голосе Дан понял, что перед ним Эдгар и молча отвёл глаза.

Валдис, – начал было Эдгар, но тот тоже упрямо смотрел в сторону.

Эдгар опустил глаза, покачал головой. Говорить было нечего.

К столику подошла Айна, чмокнула Эдгара в колючую щеку. Он встал, порывисто прижал к груди её белокурую головку. Из под его прищуренных век  по глубоким бороздам морщин стекали слёзы. Хватая дрожащими губами воздух, он пытался что–то сказать, но из горла вырывалось лишь еле сдерживаемоё клокотание. Наконец, выдавив сдавленным голосом какую–то фразу, Эдгар тяжело ступая, пошёл к выходу.. Было видно как сотрясаются его сухонькие плечи. Айна что–то крикнула ему в след. Эдгар, остановившись на мгновение, не оборачиваясь, кивнул и исчез во мраке ночи.

– Что он сказал? – спросил Дан.

– Он сказал, что возьмёт мою лодку, – ответил Валдис.

– А Айна? Что сказала Айна?

– Она сказала: «Дедушка, возьми тёплый свитер, ночью будет холодно».

– Валдис, он не вернётся, понимаешь?! – воскликнул Дан, порываясь встать, но Валдис одним движением руки остановил его.

Лодку Валдиса через два дня прибило к берегу. Айна с Валдисом поженились и навсегда уехали из посёлка. В прокуренном полумраке «Старой таверны» всё так же пенится в бокалах пиво.