Александра Ковалевская

 

Звездовоз, который всегда опаздывает

  

            Любой провинциальный космопорт похож на трубопровод изнутри, а если застрял в нём надолго, то с каждым часом всё назойливее становятся мысли о толстом кишечнике, в котором скапливаются пассажиры, выжидая и тоскливо поглядывая на лепестковую диафрагму выхода. Вот и мои ребята, расплющив сёдла скафандров по зеркалу хромированных стульев, уныло ждали местный межпланетник.

            От Европы-Ю до городишек на орбите Титана лететь всего ничего, но межпланетник ювропников опаздывал. И кто бы сомневался?

            «Бригадир, - сказал гидрогеолог Жека, - ты бы потолковал с диспетчершей, сколько ещё сидеть? Мож, свалим в гостиницу, а?»

            Жека умеет прицепиться как лишай до пионэра, - так говорят местные, да и делать мне всё равно нечего, в «олигарха» я не играю, а говорок ювропников усвоил без проблем. Cкажу вам, стрёмнее общаться с потомками экипажа «Эстония»: попробуйте произнести «нноволллунннииеее» и не забыть, с чего, собственно, начинали разговор? А для контактов с меркурианскими шейхами по-хорошему надо бы писать инструкцию, и первым пунктом указать: «После рукопожатия с шейхом не забудь пересчитать пальцы!»

            В общем, я пошёл к экрану диспетчера.

            То да сё, девушка в диспетчерской улыбается шире монитора. Но объяснения у неё какие-то неконкретные: мол, этот межпланетник часто опаздывает, такой он особенный. Нет, от пассажиров претензий не бывает. Когда-нибудь прибудет, ждите.

- А поточнее сказать можешь? Тока не делай мне невинность на лице, - надавил я.

- Это вы, гражданин, не делайте мне нервы, их есть где испортить!

- Мадамочка, ваши нервы останутся на вас, как хулахуп на талии Сатурна! - я вовремя юзанул с тропы войны, но добавил веско:

 - Ты посмотри вокруг и трезво содрогнись: ребята месяц маялись подо льдом в батискафах неважного размеру, узких в плечах и коротких в росте, а ваш непонятный звездовоз мнит себя единственным транспортом во вселенной? Так мы плевать хотели на ваш звездовоз! В следующий раз мы наймём извозчика!

- Гражданин, - пропела в ответ шмара с экрана, - у нас статусный космопорт, а не сауна: нема ни голых, ни дурных. И где ты найдёшь частника до Титана? Он довезёт тебя максимум до внешней орбиты Ю, а потом скажет, что у него остановился термояд: ядра таки устали сливаться три ночи без сна. Предложит всхрапнуть стоймя в криокамерах, и ты ещё будешь рад, если крио-тубусов хватит на всех! Нех (дальше неразборчиво) мальчики, если придётся просыпаться в обнимку друг с другом!

            Я подумал, что она права.

            И вернулся к ребятам.

            В наушниках звякнули первые ностальгические ноты «И снится нам не рокот», и голос диспетчерши объявил: «Внимание! К посадочному шлюзу прибыл межпланетник "Ю-1".

            Мы поспешили на выход, сопровождаемые сладкой улыбкой диспетчерши, глядевшей со всех мониторов. Но я зыркнул на её отражение в стуле, и мой новёхонький митральный клапан нехорошо трепыхнулся: лицо диспетчерши растянулось по диагонали зеркального сиденья, рот разъехался, белые кирпичи зубов поодиночке торчали меж красных склизких мокриц - напомаженных губ, над изгибом которых, как спутники, вставали голубые глаза навыкате... Я повернулся спиной вперёд и, пятясь, сделал три шага, чтобы отогнать дурные предчувствия.

  

            Пассажиры заполнили "Ю-1" едва наполовину.

            С нами летела многодетная семья в семейном скафандре, напоминающем гусеницу: много ног, много рук, и одно тело, уменьшающееся к хвосту, потому что в хвосте семенил самый младший отпрыск. Когда семейство протопало в корабль и открыло скафандр, из него посыпались три пацана, три девчонки - все разного размера, - а из передних сегментов вылупились папаша с мамашей, в профиль похожие на два соседних паззла. Там, где у мамаши было выпукло, у главы семейства наблюдалась впадина, и наоборот: где у него выступало, западало у неё. Я подумал, что с такой конституцией у них будет много детей в добавку к уже имеющимся.

            Ещё на борт чинно прошествовали папские нунции, торговавшие непонятными буллами; мелкая разносчица, торговавшая известно чем - булками в целлофане, сырками и рабочими перчатками на любую руку. Последними влезли две пенсионерки - собирательницы дармовых даров природы (видно, смотались на Европу-Ю за лекарственной плесенью и теперь возвращались домой).

            Мои ребята забились на задние сиденья звездолёта, подальше от остальных пассажиров. После месяца в подлёдных батискафах начинаешь пахнуть не очень, особенно, если последние носки-однодневки закончились трое суток назад.

            "Ю-1", сыграв весёлое тро-ло-ло, стартовал с опозданием на четыре часа. Вместо того, чтобы сразу уйти в гиперпрыжок, межпланетник завис над миром ювропников и сказал жестяным голосом, устаревшим уже полвека назад:

- Вы не поверите, какой счастливый случай! Вы только посмотрите в панорамные экраны, какое хитрое сплетение линий! И это, уважаемые, есть графика природных форм!

            Мы невольно уставились в экраны внешнего обзора. По ледяной поверхности Европы-Ю расползалась сетка трещин, а больше ничего и быть не могло. Нет, ещё был виден космодром и рабочие базы вокруг него, но только потому, что на Европе-Ю хромируют всё, что можно, и арматура жилых модулей бликовала в свете гиганта Юпитера.

- Эй, ты, супермозг, давай, вали скорее, мы спешим, - поторопил Жека. Любит человек распорядиться.

            Салон запрокинулся, мы упали на сиденья и теперь лежали, задрав ноги выше головы.

- Ну как я взял вас на бздох? Свалил скоро? - отжестянил "Ю-1".

- Думайте, что говорите, с нами дети! - интеллигентно возмутилась многодетная мамаша.

- Верните взад ориентацию салона! - строго произнёс её супруг.

- Хочу есчё на бздох! - заканючил младшенький из отпрысков.

            "Ю-1" услужливо принялся качать ребёнка в пассажирском кресле. Под радостные визги «Есчё на бздох!!!» мы стоически закатили глаза к экранам: просто чтобы не видеть раздражавшее мельтешение взлетающих над спинкой кресла детских конечностей.

            "Ю-1" быстренько изобразил радость:

 - Таки мне повезло на тонких эстетов в виде вас!

            Мы молчали. Чуйка подсказывала: надо хорошенько подумать над смыслом, прежде чем заговорить с этим кораблём. Поэтому в гробовой тишине мы пялились в экраны.

            Клянусь, "Ю-1" проникся уверенностью, что все на борту с головой ушли в созерцание.

- Наслаждайтесь! Портрет первого покорителя космоса! - он обвёл красным контуром хаос трещин на бескрайней ледяной равнине. И мы, к своему удивлению, увидели совершенно чёткое изображение гагаринского лица.

- И, один момент, перед вами храмина Василия Блаженного: точь-в точь, как на картине маслом гениальной кисти Аристарха Лентулова!

            Мы удивились ещё раз: собор Василия Блаженного на Европе-Ю? Действительно чудо!

            Папские посланники привстали, чтобы убедиться: "Ю-1" не передёргивает, и в смущении вертели пальцами. Теперь они поняли, почему их вежливо, но настойчиво вытурили с планетоида.

  - Глазами картину пошкрабаете! - выдал им наш межпланетник и, дождавшись, когда

 посланники в прострации плюхнулись обратно на сиденья, нравоучительно добавил:

 - В храме природы должно вести себя любомудро. Отринем мерзости сепаратизма, содомии, словоблудия, стяжательства, сутяжничества, а тем паче... электронный мозг на секунду запнулся и тут же отчитался о причине заминки, - и иже с ними сорок сороков греховных помышлений на букву «С» из Полного Словаря космического человечества.

- Аминь! - хором ответили мы первое, что пришло в голову, причём на разных языках.

            "Ю-1" явно остался доволен нами. Он без перехода любезно предложил показать даму с собачкой.

- А что такое «собачка»? - спросила девочка.

- Это друг человека, который ходит на четырёх ногах, - объяснила мамаша.

- Тётя дружит с мутантом? - озадачилась девочка и даже перестала расковыривать дырку в чехле сиденья.

            "Ю-1" тем временем обвёл для нас контуры смачной дамочки размером с добрую провинцию. Мои ребята восхищённым присвистом выразили одобрение: совершенно голая красотка, отклячив зад, гуляла по льду Европы-Ю. От кисти её вытянутой руки за горизонт тянулась черта. Мы приятно провели время, обсуждая, как удачно сложились атомы у этой натурщицы, пока кто-то вспомнил, что к даме прилагается собака.

            Наш общительный транспорт немедленно отозвался:

- Тока не кидайте брови на лоб, собака на другой стороне планетоида. Если хотите, я доставлю вас туда, забесплатно стоит взглянуть. И, вы не поверите, рядом с собакой иллюстрация из Камасутры, а для детишек есть картинки с Лунтиком. Вы даёте своё «да» на изменение маршрута?

            Мы согласились, ощущая редкостное единодушие. Не знаю, когда успели, но мы незаметно стали одной командой.

- Время задержки составит два часа, - предупредил "Ю-1".

            Всё-таки честный малый этот ювропианский звездовоз.

- А, пустяки! - дружно решили мы.

- Тогда, - сказал корабль, - имею посоветовать на подлёте к Титану сделать небольшой крюк, и посетить галерею ваз. Если кто из вас сам разглядит все двенадцать ваз, он никогда не познает бедность и нищету...

            Старушки попутчицы оглянулись на нас, и взгляд у них был умоляющий: бабушкам очень хотелось к вазам Титана. Мы подумали, что дело того стоит, и решили продлить маршрут. Не мешает поискать вазы, когда ещё подвернётся такой случай.

- Там же находится молот Тора, и есть мнение, он делает мужчинам неувядающую силу. Для этого придётся немножко спуститься на поверхность и потереть его рукоятку. Но вы бы знали, какими восторженными словами пассажиры поминают меня в социальных сетях! - "Ю-1" вывел на экраны givi interesno.ko и добавил булькающее пение мелкой земной птички, почему-то высоко ценимое в лесах земного северного полушария.

            А я подумал, что парни с планеты-мамы, которые загружали словари в память этого космического тарантаса, схалтурили, и не потрудились подогнать правила составления предложений под общепринятые в космолингве.

            Мы обменялись электронными адресами, чувствуя, что никогда не забудем этот перелёт.

            А интрига росла, не ослабевая:

- Природа-мастачка приготовила для вас ещё немало сюрпризов, хоть и без того дел у неё было за гланды...

            На экранах разгоралась заря нового дня над Юпитером.

            Я обречённо вздохнул, предчувствуя, что домой вернусь не скоро.

            Но, как ни странно, впервые пришла мысль: может, именно сейчас жизнь-то и налаживается, раз ко мне, старому росинанту с окончившейся гарантией, как говорят на Европе-Ю, вдруг взяла и повернулась лицом такая куча красоты.

            А потом, на финишном витке вокруг жилых баз Титана, нас встретили патрульные беспилотники и вели до стыковочной платформы.  Прилети мы на любом другом корабле, это был бы плохой знак, но 'Ю-1' возил нас к вазам и выпачкался в вазах, как пчела в пыльце, и потому мы отнеслись к эскорту с юмором: вряд ли здешним доводилось принимать у себя красно-фиолетовый в белую крапинку пассажирский межпланетник.

            На корабле как раз заканчивалась весёлая пирушка, в которую каждый из нас внёс свою лепту. У нунциев в саквояжах оказалось неплохое вино; у бабушек - травки-неунывайки; приветливая торговка безвозмездно предложила свой товар, вернее, съедобную его часть в виде сырков и булок. В ответ мои ребята не ударили в лёд лицом и развернули сушёных осьминогов. А у многодетной мамаши запас котлет, кашек и мармеладных тянучек был рассчитан чуть ли не на полугодовой перелёт. В общем, мы сытно подкрепились и даже хором спели пару разухабистых, но вполне пристойных песен, а звездовоз заводил мелодию. И даже когда на местной радиоволне заунывный голос рассказал слушателям о корабле, внезапно попавшем в астероидный поток и заходящим на посадку с мёртвыми пассажирами на борту, мы не поняли, что это вещают о нас. И ничуть не удивились, что 'Ю-1' направили в грузовой шлюз.

            Мои попутчики с гиканьем и визгами скатились вниз по надувному трапу, прямо под ноги к удивлённо замолкшим людям с микрофонами в руках. Встречающие катафалки дали задний ход и скрылись в глубине ангара, теряя в поспешном маневре чёрные шарики из траурных гирлянд. Семья в гусенице-скафандре побежала задом наперёд: наверняка дети погнались за шариками, потянув родителей за собой.

            Я выходил из салона последним.

- Специально опаздывал?- спросил я ювропианский тарантас. - Небось, вовремя рассчитал орбиту метеоритного роя?

            Корабль вполне натурально вздохнул и ответил без акцента:

 - Я жертва заводского брака. Хронометры вечно выходят из строя.

            И тут же эта старая жестянка, нацелив динамики на толпу журналистов, жизнерадостно проскрежетала:

- Шикарный вид! Моё вам здравствуйте!