Свадьба была в самом разгаре.

Изрядно подвыпившие и наевшиеся до икоты гости почувствовали себя гораздо вольготнее, если не сказать разнузданнее. Больше половины кушаний были оприходованы, и Вайтек - староста деревни, вальяжно откинувшись на скамейке, привычным жестом ослабил стягивавший штаны поясок.

Жених с невестой, нацеловавшись до покрасневших губ, вздрагивали всякий раз, как только кто-то из гостей решался встать из-за стола. Очередной тост или снова «горько»? Нет, на сей раз вставший потянулся за карпами в сметане. Пронесло!

Возле менестреля, которому надоело горланить развеселые плясовые, собралась толпа бесприданниц и старых дев, со слезами на глазах слушающих баллады о любви и томно вздыхающих украдкой.

Оставшиеся обитатели свадебных столов, сдвинутых буковой «П», расположились группами: бабы отдельно, мужики - отдельно. И лишь жена старосты - Роза, так и не смогла решиться примкнуть ни к одной из них. Она старательно поддерживала разговор на двух фронтах, изредка возвращаясь в свой анклав, чтобы пропустить рюмочку собственноручно настоянной перцовой водки и закусить собственноручно маринованными огурчиками.

Метнувшись к бабской половине, Роза слегка хрипатым голосом высказалась относительно последней, оброненной пряхой, фразы:

- Бри, я таки верно услышала, шо ты страдаешь за свою маленькую грудь? Фи! Не делай себе нервы на ровном месте! Природа таки отыгралась на тебе сзади!

Или неслышно подойдя к половине мужской, жена старосты, выслушав очередные рыбацкие байки, проронила:

- Я не сильно умею сказать, но хочу. Таки шо вы имеете против поплавка из рогоза? Пошто знаю? Потому шо другие лежат! У кого не лежит? Ой вэй, Рийст, да когда у твоего батьки поплавок стоял, он все рыбу в нашей деревне переловил!

Так она металась от одних к другим, наставляя, поучая и отпуская едкие комментарии и сомнительные шуточки. Пару раз подходила и к угрюмому худощавому мужчине, сидевшему отдельно, по-матерински заботливо подливая ему напитки и подкладывая лучшие кусочки. Мужчина за обе щеки уплетал рис с бараньими ребрышками, закусывал салом, яблочным штруделем и заливал все это плохо перевариваемое сочетание пивом.

Никто и не заметил, как молодые ретировались с пиршества, оставив гостей доедать и допивать за их здоровье самостоятельно.

Денек был погожий, но осенние сумерки неотступно вступили в свои права. Догорал костер, над которым на вертеле до сих пор истекало жиром недожаренное мясо, брошенное за ненадобностью, потому что гости уже были сыты по горло.

Роза и сама было задремала, скошенная хмельным угаром перцовки, как вдруг встрепенулась и насторожилась, потому что один из мужиков гаркнул:

- А вы видели дракона?

Женская половина прислушалась тоже.

- Какого такого дракона?

- Который с чешуей и огнем полыхает?

- Я видела! - крикнула дочь мельника. - Он вчера пролетал вон над тем лесочком!

Она махнула рукой, показывая, где пролетал дракон.

С жены старосты словно разом сошла вся дремота.

- Не кидай брови на лоб, Ашка! Лесок этот из твоего дома не видать. Зато я могу сказать за твое поведение - шо вы с Есем вчера в этом леске забыли?

Ашка, красная, как переспевшая помидорина, не нашлась, что возразить.

- Так и я видел дракона! - вспомнил кузнец, хлопая себя по лбу здоровенной ручищей. - Пошел я давеча в кустики, не при бабах будет сказано, по нужде. Присел, гляжу, огромный камень рядом стоит, весь мхом порос. Не камень - скала. Не припомню я, чтоб такие в наших лесах водились. Я дело-то свое делаю, а сам руку протянул, мох потрогать. А он горячий оказался, как печка в хате! Еле портки натянул от ужаса и как драпанул!

Роза живо подсела к мужикам, выговорив кузнецу:

- Кей, сколько раз я пеняла тебе за твое здоровье: не бегай так шустро, а то, не дай Праматерь, догонишь свой сердечный приступ!

Послышалась еще пара-другая бахвальных выкриков:

- И я видел дракона!

- И я, и я!

Угрюмый мужчина, перестав наяривать овощное рагу с бужениной, поднял голову, насторожился.

- Дракона надобно изловить! - вынес вердикт староста. - И изничтожить! Кто пойдет со мной на дракона?

- Я!

- Мы!

- И мы!!!

К хору пьяных мужских голосов неожиданно присоединились несколько женских.

- Вайтек! - взвизгнула Роза. - Ты таки вгоняешь мине в гроб и даже глубже. Шо удумал - идти на дракона?! Угомони на минуточку свои таланты!

- Розочка, душечка моя, - пьяно икнул староста, - что ты так разволновалась? Неужто мы все вместе дракона не одолеем? Вот смотри, - он выудил из-за пазухи тонкий кожаный шнурок с белой висюлькой на конце, - это настоящий зуб дракона! Где взял? На ярмарке купил. Да, дороговато. Зато говорят, он от сглаза и порчи помогает, все напасти снимает. А у нас таких будет десять! - Потом, видимо, прикинув, сколько у дракона зубов, выговорил: - Пятьдесят. Да что там, сто!

Жена старосты, заправив за ухо выбившийся из пучка седеющий локон, ответила:

- Не делай мине смешно, Вайтек. Дракон таки никому не учинил за скандал.

- Не, тетка Роза, мы все-таки пойдем, - поддержал старосту столяр. - Дракон опасен!

- Ша, Слив, та не морочь мине голову! Когда это твоя глупость успела соединиться с храбростью?

- Вы не слышали? - набычился столяр. - Дядька Вайтек, да как же так? Я же вчера Маленку от верной погибели спас!

- Это так, - ответил Вайтек. - Девчонка подрядилась отнести яблочный штрудель своей глухой бабусе, которая живет в соседней деревне. Напялила свой любимый красный платок, подхватила корзинку и была такова. И понесло ее к бабке аж через цельный лес!

- А там волколаки, - подсказал Слив.

Староста крякнул и откусил печеное яблоко в карамельной глазури.

- Да, волколаки. Расплодились, твари поганые, житья от них нет!

- А тут и я! - подбоченился Слив.

- Шо - ты? - осведомилась Роза. - Грибы в лесу собирал?

- Ага, грибы. Иду, значит, никого не трогаю. Только за боровиком потянулся, слышу, кричит кто-то тоненько! Бросил я корзину и на голос побежал. Прибегаю - поляна, а там Маленка! А вокруг волколаков... пять! Нет, семь или восемь! Я палку подобрал и как их р-раз! Два! Они все и разбежались.

Бабы во время рассказа оживились, перетянулись на мужскую половину.

- Да шо ты гонишь! - отмахнулась жена старосты. - Слушайте сюда за правду, гостюшки. Дрых он вчера аккурат возле березового подлеска. Я за травами ходила, в овраг спустилась, гляжу - вот те здрасьте! - лежит наш Сливушка, молодецким сном почивает. Девчонку ты уж после встретил, так?

Слив открыл было рот возразить, но тут же закрыл его. То-то же! С женой старосты связываться - себе дороже!

- А как же волколаки? Кто спас Маленку? - удивленно вопросил Вайтек.

- Та дракон! - не моргнув глазом ответила Роза. - Сама видела - налетел, пламенем полыхнул, - волколаки все и подохли посреди полного здоровья.

- Да ну, - послышалось отовсюду. - Не может быть!

- Шоб я так врала, как Слив прибедняется! - сплюнула жена старосты. - Я в себе уверена, а ви думайте, шо хотите!

Принялись обсуждать дракона. У гостей открылось второе дыхание и они, словно изголодавшиеся волколаки, вновь принялись наливать и закусывать, произносить тосты, причем уже не за молодых, а за все подряд. Пару раз произнесли тост и за дракона.

Мужчина, с угрюмым видом сидевший поодаль, заметно расслабился, снял с вертела прожарившееся мясо и вонзил в него крепкие белые зубы.

Вино и снедь постепенно закончились, закончилась и ночь. Те, кто смогли, добрели до дома, кто не сдюжил - завалились за столами, скорчились на скамейках, а то и растянулись в ближайших кустах.

 

Небо уже посветлело так, что стало видно пожелтевшие осенние травы, жавшиеся к земле под тяжестью росы.

Жена старосты еле поспевала за размашистым шагом угрюмого мужчины.

- Господин Вилеомин, ви шо, спешите скорее, чем я? - запыхавшись, выговорила Роза, когда он, наконец, остановился.

- Принесла? - хрипло выговорил мужчина.

- Я дико удивляюсь! Ви шо, сомневаетесь за честность тети Розы? Та пожалуйста!

Жена старосты сунула в руки мужчине туго набитый мешочек.

Видимо, «за честность тети Розы» мужчина все-таки сомневался, поэтому высыпал содержимое мешочка на огромную ладонь, пересчитал.

- Одного золотого не хватает!

Сделав озабоченно-удивленное лицо, жена старосты всплеснула руками.

- Шо ви мне сердце рвете, господин Вилеомин! Та удержала - за угощение!

Мужчина пожал плечами. Вот говорили ему - держи глаз востро с этой ушлой теткой! Ну, по крайней мере, он старался.

- Сделайте нам честь за весну, господин Вилеомин. Весной русалки озорничают так, шо мешают мине впечатляться девственной красотой леса. Водяных бы приструнить - тащат купальщиц на дно, шоб им не было от этого никакого удовольствия! Кикиморы шалят, леший деревья в лесу рубить не дает, а нам молодым еще хату строить. Та мине еще наш домовой ногой поперек горла встал, но с ним уж я сама...

- Я понял, ведьма, - хрипло отрезал мужчина. - Весной вернусь. Тогда и договоримся о цене.

Он развернулся и пошел в сторону леса.

- Скатертью дорога, господин Вилеомин! - крикнула жена старосты ему вслед. Подумав добавила: - Та какая дорога... небо! Воздух!

Через некоторое время из-за частокола зубастых елок грациозно поднялся ввысь огромный изумрудный дракон.