ЖИЗНЕННО ВАЖНОЕ

После того, как в конференц-зале собрались все, кто был на борту «Принцессы Марса» - от пассажиров первого класса до последнего стюарда – капитан Лацио обратился к присутствующим.

-Дамы и господа! – торжественно произнёс капитан. Затем он неожиданно смолк, пытаясь справится с охватившими его волнением и слабостью. Лацио был в том возрасте, когда человека всё реже называют молодым, но ни у кого еще не поворачивается язык сказать о нём: «старый». Его лётный стаж ещё не позволял считаться «звёздным волком», но и ряды новичков он покинул довольно давно. Однако аварийная посадка на необжитую планету у него случилась впервые, поэтому его волнение было естественным

Лацио заговорил, и из его рассказа пассажиры (а именно им предназначалась эта речь) узнали, что, несмотря на аварийную ситуацию, дела обстоят не так уж плохо. Звездолёт не сможет самостоятельно взлететь, но вполне сможет поддерживать системы жизнеобеспечения до подлёта спасательной партии, которая прибудет, ориентировочно, через двести-триста часов. Планета удалена от основных звёздных трасс, однако не относится к разряду опасных. Всё что требуется от пассажиров – сохранять спокойствие и относиться к аварийному происшествию как к неожиданному приключению.

Пассажиры засыпали его вопросами, на которые Лацио отвечал уверенно и обнадёживающе, пока пассажир второго класса («Эрвин Эриус, младший инженер космопорта на Прокторе-10, путешествует с семьёй – жена и двое детей – разнополые близнецы шести лет» ) не задал каверзный вопрос.

-Все ли системы на корабле работают исправно, а если повреждены, то как скоро будут починены?

Лацио почувствовал, как его пробирает дрожь. Его план - умолчать об одной из поломок - трещал по швам. Тем более, излишне услужливый бортовой компьютер немедленно вывел на огромный экран схему с указанием повреждённых блоков. Ярко красным цветом пылал блок номер 14. Повреждение компьютер классифицировал как «практически безнадёжное». Также предатель-компьютер выдал полную расшифровку какой блок за что отвечает. Было слышно, как по толпе пассажиров прошёлся стон.

- Как скоро можно будет починить четырнадцтый блок? – срывающимся голосом спросил пассажир Эриус.

- Трудно сказать, - уклончиво ответил Лацио, - возможно, нам всем придётся как-то перетерпеть до прилёта спасателей…

Раздались возмущённые голоса практически всех пассажиров

- Двести-триста часов?! – чуть ли не в ярости закричал всё тот же Эриус. - Вы отдаете себе отчёт, капитан, что это жизненно важная вещь?

На помощь капитану кинулся судовой врач. Он был старше Лацио, точно так же всю жизнь проработал на пассажирских кораблях и имел репутацию рассудительного и надёжного специалиста. Даже фамилия у врача была подходящая – Док. Прежде всего он призвал всех успокоиться. Потом Док засыпал аудиторию историческими фактами, доказывающими, что человек может относительно долго обходиться без различных жизненно важных вещей без пагубных последствий для здоровья. Потом Док порекомендовал поменьше думать о той вещи, которой они все оказались лишены и даже не упоминать ее, а называть отвлечённо. Например, «Это» или «Та самая вещь». Все пассажиры согласились, и только Эриус решил про себя, что он будет говорить не иначе как «жизненно важная вещь».

Когда все расходились, к нему подошла его жена Лора с покрасневшими глазами и порывисто взяла мужа за руку.

«Что с нами будет, Эрвин?» - чуть слышно прошептала она, тревожно заглядывая ему в глаза.

Эриус пожал плечами и отвернулся.

Ночь они спали плохо. Детей удалось занять с помощью робота-няни и последнего сезона «Бестрашных Космических Спасателей». Эриус, чувствуя накатывающуюся на него депрессию, смотрел в потолок каюты. Рядом беспокойно ворочалась Лора, которая, по всей видимости, испытывала то же гнетущее состояние.

- Эрвин, а у тебя в твоём космопорте бывали такие поломки? – неожиданно спросила она.

- Таких серьёзных не было, - безразличным голосом ответил Эриус.

- А какие были? Расскажи мне, Эрвин. Ты никогда не рассказывал…

Эриус стал рассказывать. Сначала сухо и неохотно, потом всё больше увлекаясь, с жаром и азартом. Он забыл, что рассказывает всё это своей жене, довольно далёкой от техники. Его рассказы были перегружены техническими подробностями, но Лора слушала не перебивая, с неподдельным интересом, а потом и сама стала что-то рассказывать. Они проговорили почти всю ночь напролёт, и оба почувствовали значительное облегчение. За десять лет супружеской жизни Эриус никогда не испытывал ничего подобного.

Однако утром тоска и страх вновь вернулись. Было семь утра по судовому времени – пора идти на завтрак и Эрвина охватила легкая паника. Что ждёт на завтраке? Его нервозность передалась и Лоре, и детям. В столовую люди не шли, а, казалось, плелись. На завтрак Эриус, плюнув на экономию, которой он собирался придерживаться во время отпуска, заказал самые дорогие и изысканные блюда и напитки. Детям он тоже разрешил всё то, в чём обычно отказывал. Тони и Ева, обрадовавшись, навалились на чипсы и спейс-колу и, казалось, не замечали отсутствия «жизненно важной вещи». Это немного приободрило Эрвина, к тому же Лора так ласково улыбалась ему. Странно, он никогда раньше не замечал, какая у его жены нежная улыбка. И завтрак был особенно вкусен. Это только сегодня, или так было и раньше, просто он не замечал?

Настроение заметно улучшилось.

Однако после обеда прибежали близнецы – расстроенные, испуганные и заплаканные. Когда последние серии «Спасателей» были досмотрены, дети отправились на детскую площадку и там от ребят постарше они узнали страшную правду.

«Мы не выдержим, не выдержим!» – ныла Ева. А Тони мрачно добавил: «Мы все умрём!»

«Откуда он такого понабрался?» - с раздражением подумал Эрвин. Робот-няня несмотря на все усилия, успокоить детей не смогла. Лора проявила просто чудеса самообладания. Успокаивая детей, она допоздна просидела на детской половине, что-то рассказывая близнецам.

Эрвин еле дождался её.

-Как тебе удалось их успокоить?

-Рассказывала им сказки.

-Что делала? – переспросил поражённый Эрвин.

-Рассказывала сказки. Это старинный метод, им пользовались наши предки. И, как видишь, метод сработал и сейчас…

- Давай спать. Уже очень поздно, – поспешил закончить разговор Эрвин, повернувшись на другой бок. «Надеюсь, это не заразно», - подумал Эриус, проваливаясь в сон. Ему снилось, что экипаж впал в первобытное состояние и Док лечит больных пассажиров отваром из сушенных трав, а капитан Лацио в одежде шамана прыгает вокруг четырнадцатого блока и бьёт в бубен, пытаясь изгнать из приборов и механизмов злых духов.

Проснулся он неожиданно. Жены рядом не было. Обеспокоенный, Эрвин оделся и выскользнул из каюты. Он немного побродил коридорами и палубами, пока не нашел Лору плачущей на смотровой площадке, откуда пассажиры обычно любовались звёздами и планетами во время круиза. Теперь же открывающийся вид угнетал своей дикостью и первобытностью, хотя была в нём и какая-то пугающая красота.

Увидев мужа, Лора быстро вытерла слёзы. Подошла. Обняла. Эрвин, до этого досадовавший на пропавшую жену, вдруг остро почувствовал свою ответственность и за неё, и за своих детей. Он ощутил потребность успокоить жену, показать ей, что она не одинока и может на него положиться.

- Мне просто стало страшно… мы одни, на чужой планете… помощь придёт не скоро, а у нас к тому же нет Этой Вещи!

- Всё будет хорошо, не волнуйся – как можно ободряюще произнёс Эрвин, обнимая жену. Через панорамное окно смотровой площадки на него глядела плотная стена негостеприимных джунглей чужой, незнакомой планеты. Эрвин поёжился, всеми силами пытаясь отогнать подступающий страх…

***

- Мама, а ты уверенна, что туда можно идти? – спросил Тони на третий день после аварийной посадки, тревожно глядя на светло-лиловую стену джунглей, обступивших «Принцессу Марса»

- Конечно!   –Лора старалась казаться весёлой и беззаботной. - Доктор Док вместе с командой обошли весь периметр и не обнаружили ни опасных растений, ни хищных животных. Пойдёмте! В лесу должно быть очень интересно.

- Что тут может быть интересного? – буркнул Тони. – Уж лучше в десятый раз пересмотрели бы «Космических Спасателей»!

- А вы представьте, что вы и есть Космические Спасатели. И сейчас вы идёте по чужой, незнакомой планете, с которой вы получили сигнал бедствия.

- Представить? – растеряно переспросила Ева. В последнее время ей, как и брату, редко приходилось пользоваться воображением. Тони оказался сообразительнее и первым оценил преимущество новой игры.

- Ура, мы – Отважные Космические Спасатели! Чур, я – Капитан Гром!

- А я – Доктор Грациана! – воскликнул Ева. – Давай, мама, идём с нами, будем спасать попавших в беду обитателей планеты!

Теперь уже дети потащили смеющуюся Лору в глубь леса…

 

 ***

- Правда, красиво? – Лора пытливо глянула на серьёзное и напряженное лицо мужа. Они стояли на каменистом берегу небольшой запруды, в которую с высоты двадцати с лишним метров низвергался речной водопад. Вода казалась невероятно прозрачной и чистой, ещё прозрачнее и чище чем в дорогом аквапарке на Прокторе-7, где они побывали во время последнего отпуска.

Эрвин заметно осунулся за последние несколько дней. Лоре стоило немалых усилий уговорить его пойти вместе с ней и детьми в джунгли. Дети с головой ушли в игру, разыскивая потерпевших бедствие астронавтов, а мужа Лора привела сюда. Видя всё еще недовольное лицо Эриуса, Лора быстро скинула с себя одежду и подошла к краю запруды.

-Что ты делаешь? – спросил озадаченный Эриус. Лора прыгнула в воду, подняв тучу брызг и проплыв под водой несколько метров, вынырнула со счастливым лицом.

-Иди сюда! – со смехом крикнула она мужу.

Эрвину хотелось сказать, что всё это опасно и неразумно, хоть биологи и проверили всё вокруг, но ведь их оборудование сильно уступает лабораторному. Но Лора так улыбалась, кругом действительно было очень красиво, что Эриус переступил через свои страхи и, раздевшись, осторожно вступил в воду…

***

Тем временем, капитан Лацио, невыспавшийся и смертельно усталый, давал последние напутственные слова ремонтной бригаде, такой же вымотавшейся, как и он.

- Начинаем запуск, коллеги! Вы все знаете, насколько жизненно важна эта вещь для наших пассажиров, для любого из нас! Мы должны справиться, у нас нет иного выхода!

***

- Знаешь, дорогой, я даже рада, что случилась эта поломка. Мы стали намного ближе друг к другу, – произнесла Лора. Они вдоволь наплавались, нанырялись и набрызгались, и теперь просто стояли в воде, обнявшись, слушая звуки леса и воды, ощущая, как прекрасен мир вокруг них.

Крамольная мысль, высказанная Лорой, как ни странно, показалась Эрвину не лишенной смысла и, поддавшись очарованию момента, Эрвин был уже готов согласиться с женой, когда до его слуха донёсся такой знакомый, казалось, позабытый, звук. Звук прозвучал еще и ещё, и доносился он, без всякого сомнения, с того самого камня, с которого Лора прыгнула в воду и на котором Эрвин оставил свою одежду.

Внезапно до Эрвина дошло. Он довольно резко высвободился из объятий жены и в несколько мощных гребков доплыл до каменистого берега. Проворно выбравшись на сушу, Эрвин стал шарить в брошенной в куче одежде.

- Эрвин? – донесся до Эриуса голос жены. Она была явно обескуражена поведением мужа. На лице молодой женщины застыло почти детское выражение обиды.

Эрвин продолжал копаться в одежде, пока наконец не выудил на божий свет плоский, поблескивающий металлом предмет размером с пол-ладони.

- Лора! – вне себя от радости закричал Эриус, неотрывно смотря на экран смартофона. – Лора, они починили четырнадцтый блок! Есть сигнал… есть…

Джунгли, водопад, Лора, близнецы – всё это словно исчезло. Эрвин, как и полторы сотни пассажиров и членов команды «Принцессы Марса» в этот момент погрузился в необъятные просторы Галактической Информационной Сети…

***

И лишь близнецы не заметили этого потрясающего события. В чаще леса им попался удивительный зверёк, который на умном учёном языке назывался «Аурелианский синешёрстый ленивец-древолаз Фраколакиса», но дети назвали его «пушистиком» за невероятно мягкий мех. Ленивец-древолаз в силу врождённой медлительности не оказывал никаких попыток к сопротивлению или бегству и дети с удовольствием возились с новообретённым питомцем, гладя его по спинке и передавая из рук в руки. Ева решительно предложила забрать «эту милоту» на корабль и если понадобиться, тайком увезти домой. Тони не возражал, хотя девчачье слово «милота» ему явно не понравилось. Ещё чего доброго, Ева предложит это слово в качестве имени для питомца! Поэтому Тони в ответ не менее решительно предложил:

- Только давай назовём его так, чтоб папе с мамой понравилось, тогда они будут не против, чтоб мы оставили его дома!

Ева согласилась.

Зверька нарекли Фейсбуком…