АХ, ЭТА СВАДЬБА

 

Она была нескладной и некрасивой. Безвольная глупышка, она верила каждому, кто плёл ей о высоких чувствах и вечной любви. Верила женатикам и алиментщикам, ловеласам и проходимцам. Потом страдала, бегала за очередным обманщиком, плакала ночи напролёт и снова обжигалась, уже с другим. Она напоминала телёнка: телячьи грустные большие глаза и телячья же готовность идти за хозяином на верёвочке. Эта покорность и доверчивость манила сердцеедов: рядом с ней любой маменькин сынок казался волевым брутальным самцом.

Полгода назад мы столкнулись на улице, и я почему-то пошёл за ней, заворожённый грустными глазами. Она села в переполненный трамвай, следом, как загипнотизированный, втиснулся я. Толпа плотно прижала нас друг к другу, и моя рука случайно оказалась на её талии.

«Ты хочешь дружить со мной?» – вдруг спросила она.

«Конечно», – ответил я, немного смутившись от такой прямоты и простоты и поэтому сам ответивший в том же духе.

И с того дня мы стали дружить. С ней можно было беседовать о чём угодно. Я сам себе казался остроумным и интересным собеседником, потому что она умела слушать и восхищаться моими глубокомысленными изречениями. Вечерами мы встречались, а днём перезванивались и часами болтали о ерунде. Она любила писать записки и прятать их в мою одежду. На работе я неожиданно наталкивался на них и с удовольствием читал, радуясь, что меня так горячо любят.

А в один роковой вечер мы поссорились из-за какой-то мелочи, что было удивительно при её покладистости. Наверное, купаясь в её щедрой любви, я просто зажрался и обнаглел. Наговорив резких слов, я оставил её в парке под дождём и ушёл, а она звала меня, просила вернуться и плакала навзрыд, не стесняясь прохожих. Через несколько минут нашёлся утешитель с плечом, более сильным, чем у меня, к которому она тут же и прислонилась.

 

И вот, итог – свадьба, на которой я гость далеко не самый званый. Нескладная Аня, которая совсем недавно была моей, теперь чужая невеста. Она отныне целиком и полностью принадлежит наглому и поразительно тупому Саше, который не может связать двух матерных слов. У него лоб с мизинец, объёмистое брюшко, в наше время считающееся эталоном мужской красоты, презрительно-агрессивный взгляд исподлобья и хамское поведение. Его дегенеративные друзья похожи на него, как братья-близнецы. Время от времени кто-нибудь из них враждебно смотрел на меня, мол, какого лешего этот заморыш тут ошивается. Я лишь отводил глаза в сторону. Всему своё время.

Свекровь раздражала меня даже больше, чем быдловатый жених. Горластая бабища чудовищных габаритов в нелепом зелёном платье с кроваво-красными ягодами. Она глотала водочку наравне с мужиками, любовалась на своего красавца-сыночка, в смокинге похожего на пингвина, неодобрительно косилась на невестушку и покрикивала на забитого молчаливого свёкра.

А я ждал банкета и поэтому выдержал всё: и дурацкий ритуал выкупа невесты, и катание по городу с обильными возлияниями, и церемонию поедания хлеба-соли. Аня всё делала нескладно и невпопад под дружеское ржание Сашиных друзей-бабуинов. У меня сжималось сердце от неловкости за неё. Наверное, такие же чувства испытывала Анина мама, которая, как и я, чувствовала себя не в своей тарелке на этом скотском празднике. Скромная учительница, тоже некрасивая, поминутно вздрагивала от воплей окружающих олигофренов и старалась не смотреть на безобразное действо. Иногда она глядела в мою сторону телячьим взглядом, словно спрашивая, как это я так сплоховал и отдал её дочку в грубые руки Саши. Наверное, она принимала меня за мазохиста, который пришёл на эту свадьбу помучиться и пострадать. Я же не выдавал своих намерений и лишь пожимал плечами в ответ на немой вопрос.

 

К середине банкета ненависть к окружающему стаду переполняла меня через край. Пошлые шутки тамады, крикливой развязной тётки, очень похожей на свекровь, чавканье и гогот Сашиных друзей-дебилов, выкрики «Горько», попсовые песенки, рассчитанные на невзыскательную пьяную публику, подвыпившая свекровь, танцующая с бегемотовой грацией – вся эта мерзость накалила меня до последней степени. Пора было начинать собственный праздник.

Молодых как раз поздравлял один из друзей. Он с трудом строил алкогольно-пафосные фразы:

– Санёк, братишка! Мы тебя, это, поздравляем… От пацанов… Короче, чтоб тебе… Полная чаша, реально…

Подождав, пока схлынет восторг гостей от столь блестящего тоста, я налил в стопку водки, вышел из-за стола и подошёл к молодым, повернувшись спиной к пьяному залу. В мою спину немедленно вперилась сотня враждебных глаз. Аня потупилась и покраснела, а дебил Саша уставился на меня бульдожьим взором. Я выдержал его взгляд, обернулся к гостям и, улыбнувшись, объявил с некоторым надрывом:

– У меня есть тост.

Реакцией было молчание зала. Я поднял повыше стопку и провозгласил:

– В дикой природе особи ищут партнёров себе подобных. Статные самцы выбирают красивых самок, сильные – здоровых, сообразительные – умных… У людей же, увы, случаются ошибки. Бывает так, что добрую, ласковую и отзывчивую берёт в жёны натуральный имбецил…

Что такое «имбецил» большинство гостей не знало. Лишь Анина мама тихонько ахнула, как мне показалось, с некоторой долей восторга от моей смелости.

– Чё ты несёшь, эй, ботаник? – раздался из зала пьяный окрик, но я не обратил на него внимания.

– Но надо уважать законы природы, – заявил я и подытожил: – Поэтому приходится исправлять людские ошибки, что я сейчас и сделаю.

Я повернулся к молодым и с преогромным удовольствием выплеснул водку в широкую женихову физиономию. Промахнуться было трудно. Действие по силе было равно осквернению святыни. По залу прокатился мощный вздох в несколько десятков горл. Санёк настолько опешил, что даже не догадался утереться. Сашин друг, который обозвал меня ботаником, первый пришёл в себя и, выскочив из-за стола, подбежал ко мне.

– Да ты чё! – высказался он. – Да я за кореша!.. Ты уже покойник, понял?!

Вот я и дождался звёздного часа!

– Диждей, музыку! – крикнул я задорно и предложил: – Спляшем, господа?

Заиграла разухабистая попсовая мелодия. Повернувшись, я ударом левой отправил шустрого гостя в глубокий нокаут. Любо-дорого посмотреть, как он рухнул на ближайший стол, увлекая за собой закуски! Женщины немедленно завизжали. Среди коллективного визга я услышал и Анин. Сашины гости на некоторое время стушевались, видя позорный нокаут товарища, а затем начали перегруппировываться. Которые потрусливее, отступили в конец зала, другие же, посмелее, начали приближаться ко мне, по дороге вооружаясь стульями и пустыми бутылками.

Я встречаю атакующих градом ударов. Нападающие откатываются, трое остаются лежать на полу, охая и корчась. Один из них пытается приподняться, я хватаю со стола нераспечатанную бутылку шампанского и с наслаждением разбиваю ему об голову. Получайте, ребятки, за всё получайте! Господи, как я вас ненавижу, агрессивное зверьё! Ваши дебильные рожи преследуют меня всю жизнь. Это вы останавливаетесь на своих рыдванах под окнами и включаете музыку среди ночи, выгуливаете ротвейлеров без намордников и поводков на детских площадках, в открытую обдираете лопухов в автосервисе. И теперь вы, эталонные хамы и жлобьё, хозяева жизни, собрались все здесь, в этом зале. И с вами разговор только один – по мордам! Другие методы воспитания генетического отребья бесполезны.

Созерцать поверженных врагов настолько приятно, что я на несколько секунд забыл про повелителя всего этого биомусора – оскорблённого Сашу. Он успел добежать до пожарного щита в коридоре и теперь возвращался в зал с багром наперевес. Жених забежал со спины, размахнулся и обрушил на меня чудовищный удар. Увернувшись, я перехватил багор, выкрутил его из рук Саши и ударом ноги в челюсть отправил жениха под стол.

– А теперь молись, тварь! – раздался за спиной зычный голос.

Я резко оглянулся. Один из Сашиных дебилов держал в руках пистолет, целясь в меня. Хорошие у жениха друзья, верные! На свадьбу с оружием ходят! Перехватив багор, я метнул его, как копьё, и пожарный инвентарь впился вооружённому придурку в правое плечо. Дебил роняет оружие и, взвыв, хватается за багор левой рукой. Я подлетаю к нему, подсечкой укладываю его на пол и поднимаю пистолет. Вот и настал момент истины. Даже самые смелые гости побледнели и отшатнулись от меня. Я убеждаюсь, что предохранитель снят, не спеша подхожу к жениху, замершему под столом, навожу ствол и тщательно прицеливаюсь в узкий обезьяний лоб…

 

На этом напряжённом и сладостном моменте я решил сделать паузу и перекурить. Закурив, я снял наушники с микрофоном и вышел в главное меню свадьбы: «Новая игра», «Продолжить», «Настройки», «Выход». Если выбрать «Новую игру», на экран вывалятся варианты: «За жениха (эротика)», «За невесту (романтика)», «За тамаду (экономическая стратегия)», «За обычного гостя (алкогольный квест)», «За особого гостя (экшн)».

За стенкой был слышен бубнёж соседа:

– Получайте, депутаты! Развалили страну, собаки! Сейчас я вас из гранатомёта!..

Сосед помешан на политике. Технология «лайф имиджес» – хорошая штука для выпуска пара. Одно дело просто смотреть на парламентские выступления, корчась в кресле от бессилия. Совсем другое дело ворваться в зал заседаний с огнестрельной бандурой в руках, залить ненавистных политиков тоннами свинца и затем кровожадно наблюдать, как они корчатся в муках на экране. С недавних пор все новости выходят в формате «лайф имиджес». Можно вытаскивать раненых из-под завалов, метать коктейли Молотова в полицию, спасать людей от наводнения не отрывая зад от кресла. Пускай на экране, пускай понарошку, но нервы успокаивает здорово. Социологи говорят, что после внедрения «лайф имиджес» стабильность в стране значительно укрепилась. И неудивительно! Зачем устраивать забастовки, когда можно вечерком на экране раскромсать ненавистное начальство в пух и прах бензопилой, запивая каждый новый труп глотком пива. Можно поймать террориста на вокзале и утопить его в загаженном вокзальном сортире. Проворовавшегося чиновника можно прилюдно выпороть кнутом на городской площади и заставить вернуть деньги. Счастье – это когда ты сам, своими руками наказываешь зло. Хотя бы виртуально…

Меня не интересует политика. Я рад, что «лайф имиджес» восторжествовала и в сфере домашнего видео. Теперь ты можешь получить подарок от Деда Мороза, погрузившись в новогодний утренник, выиграть кучу виртуальных денег в карты на пикнике возле лесного озерца, щипать девиц за загорелые икры на пляже и наблюдать за их реакцией. Есть у нас в городе куча фирм, которые переводят обычное «пассивное» видео в формат «лайф имиджес»: создают сцены и модели, натягивают текстуры, программируют искусственный интеллект, подключают игровой движок, в общем, делают массу вещей, которые звучат непонятно и загадочно. Свадебные видеофильмы, как и прочее домашнее видео, стали превращаться в увлекательные игры.

Две недели назад я нашёл оператора, который снимал ту самую злополучную свадьбу. За довольно приличные деньги я для себя заказал особую версию свадьбы с дополнительным боевым режимом. Реальные Аня и её суженый, наслаждающиеся медовым месяцем, и не подозревают, что каждый вечер я разношу их свадьбу к чертям собачьим, оставив в живых только Аню и её маму. Без свадьбы в формате «лайф имиджес» я бы давно рехнулся от досады и горя.

 

Сейчас я докурю и снова погружусь в упоительную атмосферу свадебного боя. За пультом диджея есть тайник с автоматом Калашникова и четырьмя полными магазинами, а за пожарным щитом спрятаны три гранаты. Когда я оставлю в зале гору трупов, Аня скажет: «Прости меня, родной! На меня нашло затмение! Давай начнём всё сначала?». Я ей гордо отвечу: «Слишком поздно» и тихо удалюсь, опустив раскалённый ствол автомата. А потом я выключу компьютер, лягу спать, и меня ничто не будет тревожить: ни Анин смех с Сашиного балкона (он живёт напротив меня), ни лай ротвейлеров с детской площадки, ни громкая музыка из машин Сашиных дегенеративных друзей.