Почти идеальный план

 

       – В процессе подготовки к нашему делу, – задумчивым тоном сказал незнакомец, со скрипом придвинув стул к небольшому пластиковому столику, находящемуся в углу плохо освещенного помещения, – мне пришлось потянуть за нужные нити и получить несколько устных разрешений на вмешательство в линию жизни наших жертв. Я предполагаю, что теперь события будут развиваться в таком порядке: за рулем – Руслан, а Диана – на переднем пассажирском сидении. Скорее всего, между ними завяжется беседа, не лишенная шуток, веселого смеха и кокетства, свойственного многим влюбленным парам. Руслан каждые две минуты (в этом я нисколько не сомневаюсь) будет лезть к девушке целоваться, а Диана – отталкивать его, игриво приговаривая: «Смотри внимательно на дорогу… У нас впереди вся ночь…» Потом она поинтересуется у парня, в какой клуб они едут – в «Платину» или «Diamond». Он скажет, что заказал в «Платине» столик, и Диана разными медовыми словечками начнет благодарить его за прекрасный выбор места отдыха. После этого Руслан отправится в путешествие по молодым холмам девушки: одна его рука будет крепко держать руль, вторая – шарить под ее блузой. А когда он в очередной раз нагнется, чтобы поцеловать Диану, автомобиль влетит в бетонное заграждение, и мы… – уловив на себе тяжелый пронзительный взгляд, незнакомец потерял ход мыслей. Он перевел дыхание и дрожащим голосом закончил: – Душа парня уже занесена в наши списки, а как быть с девушкой – пока не ясно.

       – Неплохая идея, – сказал второй незнакомец, сидящий по другую сторону стола, – но она не отражает всей глубины моего замысла. Я вижу эту ситуацию несколько по-иному.

       – Хотите поиграть с ним, хозяин? – поинтересовался первый, почесывая свою рыжую козлиную бородку.

       – Нет, просто Руслан не заслуживает такого легкого исхода, – ответил второй. – Я считаю, что нужно заставить его страдать перед смертью и предлагаю следующее: он нагнется, чтобы поцеловать Диану, и в этот момент произойдет внезапный удар – в лобовое стекло влетит человеческое тело. У меня есть несколько претендентов на эту смертельную роль.  

       Хозяин улыбнулся, в его черных, как ночь, глазах появился блеск. 

       – Так вот, – продолжил он, – Руслан инстинктивно вдавит педаль тормоза в пол до отказа, но такой способ повлиять на ситуацию будет уже бессмысленным.

       – Пусть будет по-вашему, – тяжело вздохнув, сказал бородач и откинулся на спинку стула, мельком посматривая на дверь. – Вы заказываете музыку. Самое главное, что после случившегося парень будет у нас на крючке. 

       – Кстати о музыке, – хозяин наклонился через стол и, пристально взглянув собеседнику в глаза, спросил: – Ты до конца уверен в своих расчетах? Надеюсь, в этот раз не будет таких серьезных проблем, как с тем зазнавшимся композитором? Мне до сих пор приходится разгребать последствия твоей недавней ошибки.

       – У Руслана испорченный характер и слабая нервная система, – принялся объяснять слуга. – Поверьте мне, я долго наблюдал за парнем и могу смело утверждать, что его поведение – результат недостатка правильного воспитания и значительного избытка денежных средств. Поэтому все случится так, как нам нужно. Я уже представляю, как Диана в ужасе вскрикивает, увидев лежащее на дороге мертвое тело, из-под которого тоненькой струйкой течет кровь, а Руслан, помолчав несколько мгновений в нерешительности, оценивая ситуацию и прокручивая в голове возможные дальнейшие действия, нажимает на педаль газа и скрывается с места преступления. 

       – Смотри, чтобы не было неожиданностей, – предупредил хозяин. – Я очень рассчитываю на то, что ты досконально проработал все варианты. После неудачи, которую ты потерпел при выполнении моей личной просьбы, сторонники композитора у меня, как кость в горле.

       – Я виноват лишь отчасти, – оправдываясь, сказал бородач. – Кто бы мог подумать, что мелодия, придуманная этим ворчливым старикашкой, настолько понравится конкурентам, что они пошлют дополнительные силы ему на помощь. Но уверяю вас, хозяин, в случае с Русланом такие сюрпризы исключены, так как я сумел его тщательно изучить и уверен, что он, сам того не подозревая, будет действовать согласно нашему плану. Он – трус! Вы сами в этом убедитесь, когда колеса машины завизжат, и она рванет с места. Не пройдет и двадцати минут, как наши голубки выедут за пределы города и будут мчаться по хайвею. 

       – Интересно, – хозяин скрестил руки на груди. – Продолжай.

       – Дальше Диана в слезах начнет орать что-то типа: «Ты убил человека!» или «Что с нами теперь будет?!» А Руслан в ответ крикнет: «Заткнись, дура!». Она – ему: «Так нельзя! Мы должны вернуться!» В итоге он схватит девушку рукой за ворот ее блузы и, глядя на нее безумными глазами, злобно прохрипит: «Меня теперь будут искать, ты понимаешь это?» Диана поставит фразу «мы должны вернуться» на бесконечный повтор, чем приведет в бешенство свою паникующую половинку. Через какое-то время наши голубки свернут со скоростной трассы и поедут по проселочной дороге, а когда перед ними в десятый раз очередное село сменится полями, разграниченными лесопосадочными полосами, Руслан остановит машину, чтобы хорошенько обдумать произошедшее. Громко хлопнув дверью и дико матерясь, он выйдет в поле и будет долго смотреть вдаль, а Диана останется реветь в салоне. Потом Руслан обернется и посмотрит на разбитое лобовое стекло автомобиля, капот, решетку радиатора и, осененный нужной нам мыслью, что можно избежать наказания, поскольку на его новеньком транспортном средстве отсутствуют номерные знаки, вернется поговорить с девушкой. 

       – Точно! Знаки! – хозяин радостно хлопнул в ладоши. – Ко мне же приходили оттуда (он направил указательный палец вниз) и доложили, что Руслан купил недавно пригнанную из-за границы машину и еще не успел поставить ее на учет, а я забыл об этом, – потом замолчал, надавил пальцами на виски, словно что-то вспоминая, и продолжил: – Временный номер приклеен к заднему стеклу автомобиля, и ночью его не разглядеть. 

       – Вот именно! – торжествующе воскликнул слуга. – У Руслана появится огонек надежды на то, что он еще может выйти сухим из воды. Нужно только уговорить Диану держать язык за зубами. Он попытается успокоить девушку, но та в истерике будет порываться вызвать полицию, говоря, что не сможет дальше спокойно жить, станет умолять Руслана явиться с повинной. 

       Бородач, увлеченный обсуждением плана, громко стукнул кулаком по столу и, упиваясь гениальностью своих идей, добавил:
 
       – Руслан взвесит все «за» и «против» и решит избавиться от Дианы. Незаметно сняв ремень со штанов, он набросит его на шею девушки прямо в салоне машины, а труп выбросит в ближайший водоем… Примерно через неделю скитаний отчаявшийся преступник будет убит сотрудниками правоохранительных органов при попытке к бегству.

       – Это недостаточное для него наказание! – недовольно воскликнул хозяин. – Я считаю, что Руслан перед смертью должен мучиться намного сильнее, поэтому мы немного изменим время выезда и маршрут влюбленной парочки, – потом он лукаво улыбнулся своему собеседнику и предложил: – Пусть голубки чуть дольше полежат в постели, посмотрят, например, какой-нибудь фильм. Нам во что бы то ни стало нужно задержать мерзавца с этой дешевой шлюхой на два с половиной часа.
 
       – И что будет после? – спросил слуга, немного наклоняясь вперед, и весь превратился в слух.

       – В 23:47 на углу улиц Жуковского и Екатерининской под колесами их автомобиля окажется некая Шубина Надежда Ивановна. Дома в ящике ее письменного стола уже несколько дней лежит предсмертная записка, но старуха все никак не может решиться на этот непростой шаг. И мы ей в этом поможем.

       – Извините, хозяин, но я не понимаю, чем ваш вариант лучше моего?

       – Что тебе неясно, мелкое ничтожество?! Руслану будет гораздо тяжелее, когда он, подавленный и почти спятивший, сидя уже в камере, в которой позже повесится, вдруг узнает от следователя или своего адвоката, что сбил самоубийцу и что можно было не убегать с места происшествия и впоследствии не убивать Диану. Гнетущие мысли о том, что он был бы оправдан, поставят точку в его земном пребывании.

       – Действительно. Это то, что нужно, – сказал бородач, покорно кивнув головой, и встал из-за стола. 

       – Постой! – повелительным тоном сказал хозяин, подняв указательный палец вверх, показывая таким жестом, что он вспомнил что-то очень важное, и спросил: – Ты наверху договорился насчет девушки? 

       – К сожалению, нет, – ответил слуга, – но переговоры пока идут, и есть надежда на их положительный исход. Главное в нашем деле – это терпение. 

       – Хорошо. Я буду ждать столько, сколько потребуется.

       – А зачем вам Диана? 

       – Личный интерес. Права на ее душу заявили обе стороны, но понимание того, что она может оказаться в коллекции зануды-добряка, заставляет меня действовать с двойным энтузиазмом. Жаль, что нет возможности перетянуть Диану хитростью – у нее слишком много покровителей. Но ведь всегда можно договориться, не так ли? А у меня есть, что предложить взамен.

       – В котором часу встречаемся? – спросил бородач, направляясь к выходу.

       – Ровно в 23:44. И еще: соды купи… много соды… Скоро будет большая чистка котлов.

       – Слушаюсь, хозяин! – сказал, поклонившись, слуга и подошел к двери, которая, к его большому удивлению, оказалась запертой. Несколько раз безрезультатно дернув дверную ручку, он толкнул дверь плечом, но не смог открыть ее и в ужасе крикнул собеседнику, смотревшему на него с недоумением:

       – Нас вновь предали! Кто-то забаррикадировал выход!

       Встрепенувшись, хозяин оттолкнул стол в сторону, подбежал к паникеру, и они оба стали молотить кулаками по защищенному металлической пластиной маленькому окошку, выкрикивая различные проклятия. Послышался скрип засова, дверь резко открылась, и в помещение вошли два человека довольно крепкого телосложения. На ходу закатав рукава своих белых халатов, они меньше чем за минуту скрутили нарушителей спокойствия и положили их на пол.

       – Никита, укол! Скорее! – крикнул один великан второму.

       – Слушаюсь, Борис Аркадьевич!

       После того, как пациентов усмирили, и они, привязанные ремнями к кроватям, молча лежали и смотрели отсутствующим взглядом перед собой, доктор пригласил в палату интерна.

       – Интереснейший клинический случай, – сказал Борис Аркадьевич, указывая карандашом на «хозяина». – Карташов Павел Сергеевич, 1974 года рождения. Находится на принудительном лечении с 2017 года. Так сказать, жертва предательства на любовном фронте.
 
       – Банальная измена, профессор? – удивленно спросил интерн.  
 
       – Да. От него жена ушла к некоему Руслану. Карташов хотел убить обоих, но не успел осуществить задуманное – помешался и попал к нам. Теперь бедняга каждый день составляет план убийства, но уже не как ревнивый муж, а как пособник дьявола. Немного позже я вас ознакомлю с историей болезни.

       – А этот? – молодой врач кивнул в сторону человека, лежащего на противоположной койке. На лице доктора появилась легкая улыбка. 

       – Трещеткин Виктор Андреевич. Бывший следователь. Диагноз такой же, как у Карташова. На данный момент Витя является главным и единственным помощником Павла.

       – Дружеская помощь или мужская солидарность? – усмехнувшись, поинтересовался интерн.

       – Ни то, ни другое, – ответил профессор. – Дело в том, что Карташов забрал у него душу и теперь заставляет работать, обещая вернуть ее после выполнения задания, но, поскольку план постоянно меняется, а выйти отсюда не представляется возможным, душа Виктора томится в постоянном заточении. Но пациент не теряет надежды и, могу вам с уверенностью сказать, свой долг исполняет добросовестно. 

       – Очень любопытно, – тихо произнес интерн и что-то записал в блокнот.

       – Еще бы! – гордо сказал доктор. – Один мой приятель на основе больной фантазии этих «служителей сатаны» сейчас книгу пишет. Думаю, будет бестселлер.

       – А общение этих пациентов не усугубляет течение их болезни? – спросил молодой врач, поправляя очки, и с важным видом посмотрел на профессора. – Может, их лучше по разным палатам расселить? 

       – Молодой человек, вы разве не знаете, что у дьявола глаза повсюду, – ответил Борис Аркадьевич и рассмеялся. Затем он открыл историю болезни, нашел нужную страницу и продолжил: – Ну вот, например, около месяца назад Трещеткин был переведен в третью палату и спустя два дня прокусил ухо одному нашему «Моцарту». Сейчас Виктор Андреевич утверждает, что сделал это по указанию из преисподней. 

       Доктор замолчал, перевернул еще несколько страниц, шмыгнул носом и добавил: 

       – В общем, путем постоянных наблюдений, я пришел к выводу, что в компании Карташова этот пациент ведет себя спокойнее, чем с другими больными.
 
       Повисла тишина. Профессор окинул взглядом палату, потом посмотрел на серьезное лицо интерна и спросил: 

       – Еще есть вопросы?

       – Нет, Борис Аркадьевич. 

       – Вот и хорошо. Пройдемте теперь в девятую… Я вас познакомлю с «Господом».